?

Log in

No account? Create an account

просыпаемся
kievljanin
Оригинал взят у tighthead_prop в просыпаемся

С ДНЕМ ОККУПАНТА, ДОРОГИЕ ТОВАРИЩИ! ЧУЖОЙ ПРАЗДНИК НА МОЕЙ УЛИЦЕ
kievljanin
«Смех без причины – признак годовщины!»
Народное.

«На лафете лежит
Лейтенант ПВО…
Он не пулей убит…
Заебали его!!!»
Оттуда же.

Есть в году такие дни, когда меня лучше не выпускать из дому – как опасного для окружающих. И в списке этих дней долбанное, гребаное, сраное 23 февраля занимает первое место с явным отрывом от всех прочих восмыхмартов и девятомаев. Там хоть возможны всяко-разные трактовки, присутствует какая-никая неоднозначность, повод для дискуссии… Тут все тупо и просто. Моя страна после 20 лет пародии на независимость упорно и неисправимо демонстрирует свою подлинную суть – гнилую протухшую УЭсЭсЭрию. Формально ее похоронили в 91-м. Но сука-покойница оказалась живучей. Куда живее наших иллюзий о построении на ее могиле своего, украинского, государства. Куда живее всех не-совковых политических проектов. Боюсь, что живее всех нас – тех, кто идентифицирует себя как свободных, а не советских, людей, украинцев, европейцев этс… Мы один за другим дохнем в гнойном смраде, 20 лет исходящем из этого трупа, а покойница – УССР ни в какую не хочет упокоиться с миром. Активность недоразложившегося зомби вообще-то высока круглогодично, но 23 февраля оно просто радостно танцует на наших костях. На костях мечты о нашей, свободной, несоветской Украине.

Read more...Collapse )

DDoS-свидания, режим!
kievljanin
«Протест — это когда я заявляю: то-то и то-то меня не устраивает.
Сопротивление — это когда я делаю так,
чтобы то, что меня не устраивает, прекратило существование»
Ульрика Майнхоф
Итак, состоялось. Первый бой будущей гражданской войны в Украине начался совершенно неожиданно для обеих сторон, и по совершенно пустячному поводу. Проистек быстро, весело и бескровно. И закончился разгромным поражением режима. Поражением, значение которого еще толком не поняли ни режим, ни его противники.

Да, я говорю именно о DDoS-атаках, которыми украинское общество ответило на закрытие портала EX.UA. Не много ли пафоса? Думаю, нет. И дело не в закрытом файлообменнике. Все вопросы, связанные с копирайтом, лицензиями, халявным скачиванием файлов и т.д. имеют к этой истории не большее отношение, чем сорт червивого мяса и латинское название червей к восстанию матросов на броненосце «Потемкин». А вот сами февральские DDoS-атаки вполне могут в нашей ближайшей истории сыграть ту роль, что сыграл «Потемкин» для русской революции 1905ого.

Реакция общества в данном случае на порядки важнее, чем вызвавший ее непосредственный повод. Вполне очевидно, что закрытие файлообменника стало для тысяч людей просто последней каплей, и долгожданной возможностью наконец дружно высказать режиму свое отношение.

Read more...Collapse )

Спасибо президенту! (оптимистическое)
kievljanin
Originally posted by poyeliku at Спасибо президенту! (оптимистическое)




Спасибо президенту!

В последнюю неделю, читая статьи на интеренет-ресурсах, блоги, форумы, не мог не отметить общей тенденции. Настрой комментаторов проще всего описать цитатой из Подеревянского: «Б…ська Данія! П…ць всім сподіванням!» Все уверены, в том, что тоталитаризм с нечеловеческим лицом Виктора Федоровича воцарился в нашей стране, как минимум, лет на десять. А то и на двадцать. «Бедные наши дети! Господи, за що караєш! Коли воно, нарешті, вже скінчиться?»

 У меня же, напротив, есть подозрение, что  в не очень отдаленном будущем у нас будет повод благодарить Януковича за то, что он для нас сделал. Думаю, благодарность эта будет выражаться в предоставлении ему уютного, комфортабельного отдельного жилья и трехразового питания до самого конца его жизни. Само собой разумеется, апартаменты будут надежно защищены от посягательств злоумышленников. Наш нынешний президент так боится за свою жизнь, что мы конечно обеспечим ему несколько периметров охраны, колючей проволоки и решетки на окнах. Ну, в самом деле, не на улице же дедушке прозябать после конфискации имущества?

Read more...Collapse )


"Донецкая правда" Как мы сделали свою газету
kievljanin
Оригинал взят у frankensstein в "Донецкая правда" Как мы сделали свою газету
Вчера мы сделали и отпечатали первый номер газеты "Донецкая правда" тиражом 3 000 экземпляров. Пока негусто, но в будущем есть надежда развернуться получше. То, что вы видите на фото, скорее пилотный проект, чем полноценный номер. Со временем дизайн претерпит немало изменений.

Некоторая кривизна верстки объясняется тем, что газету я верстал впервые в жизни. Можно было заказать верстку у специалистов за деньги, но это было не интересно. Мне хотелось обязательно научиться верстать самостоятельно, поэтому я долго и упорно выносил мозги знакомому верстальщику пока в конце-концов с горем пополам не научился пользоваться InDesign'ом. Получилось не супер, но зато с некоторым налетом повстанчества, как "Лимонка" из середины 90-х.




Сделать газету вовсе не так дорого, как об этом думают. Чтобы напечатать этот номер в типографии мы потратили 1100 грн. Такую сумму вполне по силам собрать, когда вместе кооперируются несколько человек. Таким образом даже небольшая группа единомышленников, проживающая в одном городе, может изготовить свое собственное СМИ и доносить до общественности свою гражданскую позицию.

Часть денег мы собрали сами, часть нам дала одна из донецких оппозиционных политических партий. В благодарность мы разместили на последней странице ее рекламу, маркированную соответствующим образом. По джинсе наша позиция принципиальна - размещать ее мы не будем, поскольку "Донецкая правда" замышлялась как независимое, авторское издание донецких журналистов. В то же время желание политической силы помочь нам легко объясняется наличием общего врага и схожестью целей.

Три тысячи - это немного. Пост в блоге временами и то больше посетителей просматривает. Но зато газета рассчитана на местного читателя, живущего где-то в барачном поселке и не имеющего доступа к иным СМИ, кроме официально благословленных местной властью газет. Часть тиража уже уехала в Горловку. В шахтерской глубинке альтернативная точка зрения особенно необходима. Местное население традиционно верит напечатанному в газетах, но при этом вся здешняя пресса по сути является предвыборной листовкой Партии Регионов. С такой информационной монополией необходимо бороться.

Издание, как вы наверно уже догадались, абсолютно некоммерческое. Распространяется бесплатно. По сути, чистая благотворительность. Но лучше уж так, чем отдать деньги обрыгану из перехода или мразотному попу. Пока что "Донецкую правду" решено выпускать раз в месяц. На большее у нас сейчас не хватает денег. Если удастся привлечь материальную помощь, выход газеты участится. Теперь я буду регулярно рассказывать здесь о том, как продвигаются дела в этом направлении. Возможно, это поможет кому-то организовать подобное дело у себя в городе. Полностью ознакомиться с содержанием первого номера можно тут, скачав pdf-файл "Донецкая правда".

Помните, что несколько десятков убежденных и целеустремленных человек при правильной самоорганизации могут добиться гораздо большего, чем тысячи коррумпированных свиней, паразитирующих на украинских налогоплательщиках.

Прошу пиарить пост и перенимать опыт. С чувством временно исполненного долга отчаливаю на несколько дней из Донецка по делам. Самое интересное, как всегда, впереди.

Привет!



Хенд мейд Юкрейн, или где нам взять НАШУ страну?
kievljanin
«Меня выгнали из Луна-парка? К черту!
Я построю собственный Луна-парк!
С блэк-джеком и шлюхами!»
(робот Бендер, «Футурама»)

Начну с очевидного: мы с вами живем в ЧУЖОМ ГОСУДАРСТВЕ. Чужом государстве, которое по каким-то странным причинам находится НА НАШЕЙ ЗЕМЛЕ. К этому государству можно относиться чуть лучше или чуть хуже, в зависимости от критериев оценки и степени снисходительности отношения к нему, но факт остается фактом: это не наше государство.

Не очевидно? Давайте спросим любого встречного прохожего: считается ли кто-либо с его мнением, когда принимаются очередные законы, по которым потом этому человеку жить? Насколько его мнение влияет на решения президента, парламента, правительства? Насколько он лично доверяет высшим органам власти? Правоохранительным органам? Судам? Местным советам и администрациям? Влияет ли он на то, куда идут его налоги? Наконец, кого он больше боится – бандитов или правоохранителей? Думаю, ни у кого нет сомнений в том, какие ответы мы услышим от большинства жителей Украины. И эти ответы не будут особо отличаться в Севастополе и Львове, Одессе и Житомире, Киеве и Донецке, Харькове и маленьком гуцульском селе.

Итак, на всей территории «от Сяна до Дона» мы видим именно такое отношение граждан к номинально своему государству, каковое обычно формируется только под оккупацией. Это отношение объединяет украиноязычных и русскоязычных, православных и католиков, пенсионеров и студентов, даже богатых и бедных (возможно, за исключением, узкого круга «сверх-богатых» - не знаю, не слишком часто общаюсь:-). Это отношение к государству было неизменным при Кравчуке и при Кучме; во время Майдана оно ненадолго начало изменяться, но за пять лет власти «оранжевых» снова качнулось обратно и десятикратно усилилось; наконец, за последний год оно стало окончательно устоявшимся и даже осознанным.

Приходится признать: за двадцать лет независимости мы (мы все – киевляне и галичане, крымане и «донецкие», «оранжевые» и «бело-голубые» вместе с «красными» и «зелеными») так и не смогли построить СВОЁ государство.

Не смогли. Потому что даже НЕ ПЫТАЛИСЬ.

Read more...Collapse )

Хенд мейд Юкрейн, або де нам взяти НАШУ країну?
kievljanin
«- Мене викинули з Луна-парку?! Ну і до чорта!
Я збудую власний Луна-парк!
З блекджеком та шльондрами!»
(Робот Бендер у мультфільмі «Футурама»)

Почну з очевидного: ми живемо У ЧУЖІЙ ДЕРЖАВІ. Чужій державі, яка за якимось бісом розташувалась НА НАШІЙ ЗЕМЛІ. Цю державу можна оцінювати трохи краще чи трохи гірше, залежно від критеріїв оцінки та ступеню поблажливості, але одне поза сумнівом: вона НЕ НАША.

Не очевидно? Спитаймо пересічного співвітчизника: наскільки персонально він впливає на ухвалення законів, за якими йому доводиться жити? Наскільки впливає на рішення президента, парламенту, уряду? Наскільки відчуває себе за них відповідальним? Наскільки довіряє будь-якому органу влади? Правоохоронним органам? Судам? Місцевим радам та міським адміністраціям? В якій мірі він розпоряджається витратами власних податків? Зрештою, кого він більше боїться – бандитів чи правоохоронців? Гадаю, ні в кого нема сумнівів щодо відповідей, які ми почуємо від абсолютної більшості українців. Ці відповіді не різнитимуться у Севастополі та Львові, Одесі та Житомирі, Києві та Донецьку, Харкові та найменшому гуцульському селищі.

Отож, на всьому просторі «від Сяну до Дону» бачимо таке ставлення громадян до номінально своєї держави, яке зазвичай формується лише під окупацією. Це ставлення об’єднує між собою україномовних та російськомовних, православних та католиків, пенсіонерів та студентів, навіть багатих та бідних (можливо, за винятком крихітної купки над-багатих – не знаю, не часто спілкуюсь:-). Це ставлення було незмінним при Кравчуку та при Кучмі; під час Майдану трохи похитнулось, але за п’ять років правління «помаранчевих» відтворилось та десятикратно посилилось; і зрештою за останній рік стало чимось остаточно незаперечним.

Доводиться констатувати факт: за двадцять років незалежності ми (ми всі – кияни та галичани, кримчани та «данєцкіє», «помаранчеві» та «сині» разом з «червоними» та «зеленими») так і не спромоглися побудувати СВОЮ державу.

Не спромоглися. БО НАВІТЬ НЕ ПРОБУВАЛИ.

У далекому 91-му ми наївно вирішили, що після розвалу «совка» у його окремому уламку незрозумілим добрим дивом виросте наша держава. Виросте шляхом магічної трансформації завідомо прогнилих структур радянської влади. Виросте без наших зусиль. Без спільної рефлексії щодо того, у якій власне державі ми б хотіли жити. Без усвідомлення того, яку ціну кожний з нас готовий платити за створення та функціонування такої держави. Без нового Суспільного Договору, який би легітимізував цю державу. Без ухвалення НАМИ, всім суспільством чи принаймні його переважною більшістю, нових основ права. Без заснування «з нуля», знизу нових структур державного управління, які б сприймались нами як СВОЇ і відповідали б за свої дії перед НАМИ.

Read more...Collapse )

У нас была УПА (утро после Марша)
kievljanin

Итак, утро на больничном. Горячий кофе обжигает воспаленное горло, глаза слезятся, кашель такой, что вот-вот соседи начнут стучать в стенку. Все логично: если наспех сбить температуру лошадиной дозой антибиотиков, пару часов прогуляться прохладным октябрьским  вечером, время от времени выкрикивая «Слава Героям!» - на утро просто должно стать хреново. Самое время задуматься, а стоило ли? И если да, то почему и зачем?

Почему и зачем восточный украинец, с детства говоривший по-русски, внук красноармейцев,  провел вчерашний вечер на Марше УПА?

Сразу вынесем «за скобки» второстепенное.

С одной стороны, было решение Окружного админсуда, который по иску Горадминистрации запретил проведение Марша на Крещатике и Майдане.  Я «разбаловался» за 5 лет после Майдана, и не привык, чтобы мне указывали, по каким улицам моего родного города и под какими флагами мне можно ходить, а где и под какими – нельзя. Так что не без того – имела место «красная тряпка», которой режим помахал у меня перед простуженным носом.

Признаться, я и сейчас слегка сожалею, что организаторы Марша прошли исключительно по «санкционированному» маршруту, не попытавшись реализовать свое конституционное право гулять где угодно. УПА, памяти которой посвящен Марш, как-то не спрашивала санкций на маршруты своих рейдов ни у немцев, ни у советов, ни уж тем более у какого-то админсуда…  Однако «не суди» - в этот раз  не я был организатором, и не мне было решать, вести ли толпу с изрядным процентом стариков и малолеток на прорыв ментовских заслонов. Решение реально не простое, и вероятно, на месте «свободовцев»  я бы тоже ограничился прохождением по разрешенным улицам. Что не мешает мне как рядовому участнику об этом слегка жалетьJ

С другой стороны, были аргументы «против». Мне не импонирует «Свобода» Тягнибока, и это еще очень мягко сказано; между тем именно она выступила организатором Марша, и волей-неволей выбор сводился к неучастию в Марше или к прогулке под их флагами. Касательно еще нескольких групп постоянных участников маршей – «автономных правых», конторы с пафосным названием «Патриот Украины» и прочей публики с резкой правой асимметрией мозга, я вообще удержусь от комментариев. При обычных обстоятельствах я едва ли присел бы с ними по нужде в пределах одного гектара. Однако обстоятельства были не вполне обычными – Марш УПА в Киеве был один, и нужно было либо идти всем вместе, либо оставаться дома.

Итак, будем условно считать, что попытка запрета Марша со стороны режима примерно уравновесила мою антипатию к организаторам. В сухом остатке остается собственно Марш. Остается главный вопрос – кем и чем для нас, современных украинцев, является УПА?

Меньше всего хотелось бы сейчас заниматься «историческим ликбезом». На тему реальной, исторической УПА уже написано очень много. Я же сейчас пытаюсь понять скорее другое: чем лично для меня и моих единомышленников является та Легенда, которая осталась от УПА в нашем сознании?

Думаю, ключевое слово – это слово ВЫБОР.  

УПА раз и навсегда ломает привычный стереотип «исторической безнадеги», навязываемый нам всеми имперскими версиями истории. Нет страшного мира тоталитарных режимов, в котором отдельно взятый человек ничего не решает. Нет заведомой обреченности. Нет тоскливого выбора между «большим злом» и «чуть меньшим злом», где третьего не дано. В России, увы, было именно так. В Германии было так же, если не хуже.

А у нас была УПА.

А значит – был личный выбор каждого отдельного человека. Выбор не между «большим и меньшим злом», а между Злом и Добром.

Выбор, отказ от которого не замаскируешь знаменитой фразой всех трусов и предателей  - «ну, знаете, время было такое, от нас ничего не зависело…». Выбор, за который каждый отвечает сам, перед  Тем или чем, в Кого или во что он верит.

Оказывается, можно было не разрываться между сотрудничеством с наци и унылой покорностью коми. Можно было лихо выкрикнуть «Чума на оба ваших дома!» и уйти в лес. Уйти в УПА.

ОБСЕ в 2009 году наконец –то  уравняла сталинизм с гитлеризмом. Для простых сельских парней из УПА это было очевидно еще в 1942-м. Тот случай, когда крестьянская простота куда лучше политических мудрствований.

И не важно, были ли  шансы на победу. Если не было – тем более ответственным был этот выбор. Если на войну идут, математически оценивая шансы на выигрыш и проигрыш – это военная кампания.  Это ремесло генералов. Если идут просто потому, что совесть не позволяет не пойти – это Священная Война. Это – дело Граждан.

У нас была УПА. А значит – были Граждане. Граждане страны, которой еще не было на картах мира. Страны, которой не должно было возникнуть по планам что одних победителей, что других. Страны, у которой не было признанных флага и герба, госапарата, дипслужбы,  валюты, регулярной армии, вообще ничего не было. Были только Граждане. И у этих Граждан была своя «самодельная» армия – УПА.

Если у страны есть Граждане – все остальное рано или поздно «приложится». Наоборот – едва ли.

А еще – УПА НИКОГДА НЕ КАПИТУЛИРОВАЛА.

Да, вооруженная борьба в какой-то момент прекратилась, когда все солдаты нашей лесной армии оказались в безымянных могилах или сибирских лагерях. Но капитуляции не было. Не было «мировой» с оккупантами, признания легитимности их режима. Была только вынужденная передышка – пока подрастет новое поколение бойцов. Генералы могут сдаваться в плен со своими регулярными армиями, Граждане не капитулируют.

А еще – УПА ПОБЕДИЛА.

Победила в 56-м, когда советы были вынуждены «амнистировать» выживших повстанцев, чтобы хотя бы прекратить вооруженное противостояние и перестать тратить огромные ресурсы на карательные акции в давно «мирной» стране.

Победила в 60-е, когда требование независимости Украины стали выдвигать будущие диссиденты - юные комсомольцы из Восточной Украины, никогда в жизни не видевшие живого «бандеровца».  

Победила в 90-м, когда киевские студенты в своем палаточном лагере запели неведомо кем и как переписанные повстанческие песни, а молодые рок-н-рольные команды стали посвящать УПА свои новые альбомы.

Победила в августе 91-го, когда исконные враги УПА, коммунисты, скрипя зубами были вынуждены проголосовать за независимость Украины, и поднять над своим верховным советом наши флаг и герб. Флаг и герб УПА.

Победила в декабре 91-го, когда на референдуме 92% украинцев поддержали независимость. То есть поддержали программу и цель УПА.

Победила в 2004, когда миллионы людей вышли на улицы защитить свое право выбора. Над ревущим морем киевлян и гостей из всех регионов вместе с национальными флагами, оранжевыми и желтыми флагами нынешних партий, гордо реяли красно – черные боевые знамена УПА. Их держали люди, мало кто из которых может похвастаться дедом – повстанцем. Повстанцы в силу понятных причин редко успевали обзавестись детьми…  Но эти люди, чьи деды в большинстве своем тихо тянули лямку законопослушных «совков», все же слышали, что можно было – ИНАЧЕ. Что БЫЛ ВЫБОР. Что были люди, РЕШИВШИЕ САМИ. И именно поэтому их хватило на то, чтобы в нужный момент сделать СВОЙ ВЫБОР, и выйти на Майдан в футболках с портретами Бандеры и Шухевича.

УПА побеждает сегодня, когда модный исполнитель в стиле реп-панк вдруг говорит  на концерте, обращаясь к толпе юношей и девушек, для которых не то что Вторая Мировая – для них даже СССР как таковой это уже только строчка из школьного учебника: «Ребята, совсем недавно, в 43-м, в такие же осенние дни сотня бойцов УПА приняла бой с тремя батальонами гитлеровцев, окруженная в руинах старого казацкого монастыря. Не выжил никто, но продержались они целую неделю. Давайте сегодня их вспомним» - и выдает потрясающую рок-балладу памяти повстанцев. И зал, состоящий в основном из совершенно «цивильных», русскоговорящих в повседневной жизни киевских студентов, хором подхватывает припев…  Или когда исполнитель любовной лирики вдруг записывает альбом перепетых в современной аранжировке повстанческих песен, восстановленных по оригинальным записям 40-х, и эти песни становятся национальными хитами, и тысячи киевских мальчишек и девчонок, чьи деды в большинстве своем не только не были в УПА, но даже не жили в тех регионах, где УПА воевала, радостно хором орут «Лента за лентой патроны подавай, Повстанец – украинец, в бою не отступай!».

УПА побеждает, когда в ответ на очередные свинства режима  сотни людей без призыва какой-либо партии, просто по переписке в ЖЖ и Фейсбуке, молча выстраиваются вдоль Крещатика с сине-желтыми ленточками на рукавах, лацканах, сумочках; приходят под стены Службы Безопасности с «просьбой арестовать себя как носителя государственных секретов»; собираются под Парламентом в день рассмотрения дискриминационного языкового законопроекта…

У НАС БЫЛА УПА.

А ЗНАЧИТ – У НАС ЕСТЬ ВЫБОР.

Если он был у этих парней даже тогда – тем более он есть у нас сегодня. У каждого из нас. И за это стоит воевать.

До встречи на следующем Марше. А если будет нужно – до встречи в новой УПА.


Гуд бай, Уэсэсэрия? Аве,Украина?
kievljanin

Итак, случилось.

Януковичам удалось то, обо что сломали зубы Народный Рух, Кравчук и Майдан.

Легко и почти незаметно, одним решением Конституционного Суда (забавного органа, который никто из нас никогда не избирал) в Украине де-юре демонтировали систему права и власти Украинской ССР. Систему, пережившую распад СССР, все дальнейшие зигзаги истории, и твердо державшую нас в клещах суровым иностранным словом «легитимность».

Для тех, кто «в танке»: стоны и плачи о «возвращении кучмовской конституции» совершенно беспочвенны. У нас нет «Конституции – 1996». После решения КС у нас теперь просто НЕТ КОНСТИТУЦИИ.

Точно так же у нас теперь нет НИ ОДНОГО ЛЕГИТИМНОГО ОРГАНА ВЛАСТИ. После решения КС они все – самозванцы, которые де-факто удерживают власть, поскольку имеют в подчинении аппарат принуждения. И удерживают они ее РОВНО ДО ТЕХ ПОР, пока имеют в руках этот самый аппарат. А это уже не столько их проблема, сколько наша с вами.

Хорошо это или плохо? Как по мне, лучшей новости мы не слышали со времен ГКЧП.

«Конкретные донецкие пацаны», сами не понимая, что творят, сняли с нас всех давнее проклятие. ПРОКЛЯТИЕ ШЕСТИДЕСЯТНИКОВ.

Представляю, сколько гнилых помидоров уже летит в сторону моей лохматой головы после такого утверждения. Поясняю: я крайне далек от того, чтобы приуменьшать роль шестидесятников в нашей истории. Их героизм очевиден и не подлежит сомнению. Мы учились на их примере, учились и непосредственно у них. Если бы не они, мое поколение было бы совершенно другим, и едва ли добилось бы хотя бы того немногого, что нам реально удалось – «студенческой революции» в 90-м, развала СССР, Майдана. Тем более, я не имею никакого морального права осуждать ошибки людей, которым достался в жизни куда более трудный путь, чем любому из нас.

Но мы сейчас говорим не о людях, а об отдаленных последствиях той стратегии борьбы с режимом, которую они в свое время выбрали. Шестидесятники первыми отказались от революционной идеологии создания Украины «с нуля». Украинская революция 1917-21, повстанческое движение двадцатых, ОУН тридцатых и УПА сороковых – пятидесятых, при всех их  различиях, были едины в главном: оккупационный режим должен быть свергнут и забыт, а на освободившемся месте победители должны создать свою страну. Такую, о которой они мечтали в годы борьбы.

Шестидесятники принципиально изменили парадигму освободительного движения: лозунгом диссидентского движения стало «заставим ИХ (то есть режим) выполнять ИХ (то есть советскую) Конституцию». Вместо признания Украины оккупированной территорией и борьбы против оккупационного режима возникла новая идея – наполнение «болванки» УССР реальным украинским содержанием. Диссиденты приняли навязанную режимом ФОРМУ, и попытались требовать от режима СООТВЕТСТВИЯ РЕАЛЬНОГО СОДЕРЖАНИЯ ЭТОЙ ФОРМЕ.

Режим оказался не готов к такой постановке вопроса. Карательный аппарат, отлично натренированный в подавлении восстаний и истреблении подполья, оказался не приспособленным к борьбе с диссидентами, пытавшимися говорить с режимом на его же правовом языке, и вообще всячески подчеркивавшими свою позицию «законопослушных советских граждан». Да, их было легко пересажать, так как они не прятались, но каждый диссидентский процесс становился очередным моральным поражением режима, и добавлял движению приверженцев.

Для эпохи шестидесятых – восьмидесятых такая стратегия борьбы оказалась единственно возможной в тогдашних условиях, а значит – единственно правильной. Конечным итогом диссидентского движения стали горбачевская «перестройка» и массовое народное движение, идеологами и моральными авторитетами которого выступили диссиденты – шестидесятники.

Вот тогда то и сработала «мина замедленного действия», заложенная в самой основе диссидентского движения. Признание «их Конституции», соблюдение которой позиционировалось как цель движения, АВТОМАТИЧЕСКИ ЛЕГИТИМИЗИРОВАЛО РЕЖИМ. Освободительное движение, призванное смести Совок и построить на его месте новую Украину, оказалось изначально загнанным в жесткие рамки соблюдения законов УССР. Советская власть в Украине тем самым признавалась не оккупационной, а как бы «своей», и целью движения становился НЕ ЕЕ ДЕМОНТАЖ, А ЕЕ «УЛУЧШЕНИЕ» И «ИСПРАВЛЕНИЕ».

Начиная с выборов 1989-го, основной стратегией и тактикой освободительного движения стало замещение должностей в рамках существующей системы власти.

«Точка бифуркации» была окончательно пройдена в 91-м. ГКЧП дало нам уникальный шанс вырваться за рамки парадигмы «уэсэсэровской легитимности», революционным путем демонтировать Совок, и расчистить путь к построению Настоящей Украины.

Полагаю, годом – двумя позже украинцы оказались бы готовы к подобному развитию событий. Наша «студенческая революция» в октябре 1990-го уже была первой попыткой выйти из-под «проклятия шестидесятников». Да, в своих требованиях мы еще в полной мере придерживались навязанных нам правил игры – выдвигали обоснованные с позиций советского права требования к органам власти УССР. Даже метод «воздействия» на власти – публичная голодовка, - явно был скопирован с лагерных акций протестов диссидентов. Однако дух Восстания уже пьянил головы участников многотысячных шествий, над студенческими палатками вперемешку с рок-н-ролом звучали песни УПА, а такие наши методы, как забастовка и захват университетских корпусов вообще полностью выпадал из «легитимистской» парадигмы шестидесятников.

Если наша голодовка заняла свое место в учебниках истории (сейчас Табачник исправляет эту «недоработку», но мы тут говорим о другом), то другая акция того же периода незаслуженно замалчивается.

В девяносто первом году Украиной прокатилась инициированная Анатолием Лупыносом (чуть ли не единственным из политзеков поколения шестидесятников, кто никогда не признавал себя «диссидентом» или «правозащитником», а именовался «революционером – националистом») акция: регистрация граждан УНР. Эта акция принципиально выпадала из «легитимистской» парадигмы.  Любой человек, всю жизнь проживший как законопослушный «совок», мог собраться с духом, подойти к регистрационному столику, заполнить простенькую анкету. И получить удостоверение, напечатанное на хреновой бумаге дешевым офсетом. Содержание – простое, как дверь: «Я, такой-то такой-то, являюсь гражданином незаконно оккупированной советскими войсками Украинской Народной Республики». И все. И никаких компромиссов с режимом. Есть МЫ, граждане несуществующей с 1920-го года Республики, и ОНИ – временная оккупационная администрация.

На мой взгляд, эта акция сильно недооценена историками. По плану организаторов, после регистрации первого миллиона «граждан УНР» должно было начаться формирование «органов власти УНР» - параллельных органов власти, никак не связанных с существующей «легитимной» властью УССР, и готовых в критический момент взять на себя всю полноту ответственности за судьбу страны. Увы, не успели. Но лавина покатилась – за первые месяцы акции зарегистрировались более шестисот тысяч «граждан УНР», и наплыв желающих нарастал. То есть как минимум столько людей уже ментально освободились из советского плена, а ведь любая революция вначале происходит в головах, и лишь затем выплескивается на площади.

Не берусь судить, как бы дальше развивалась акция, но ГКЧП «выстрелил» слегка рановато. Нам не хватило года или двух, чтобы соскочить с иглы «легитимности», и дозреть до идеи построения своей страны «с нуля». Августовский путч дал нам уникальный шанс совершить свое «до основанья, а затем», и с чистого листа начать новую историю Украины.  Но мы оказались морально не готовы к такому повороту. Даже все наше сопротивление в дни ГКЧП свелось к «защите конституционного строя от заговорщиков». Защите СОВЕТСКОГО КОНСТИТУЦИОННОГО СТРОЯ. Мы были готовы умереть на НАШИХ баррикадах за ИХ конституцию и ИХ «легитимность».

Все дальнейшее было определено наперед – и избрание Кравчука вместо Черновола (логично, что в рамках совковой системы член ЦК компартии всегда имеет фору перед неудачником  –диссидентом), и десятилетие заводского парторга Кучмы (смена старшего поколения совковой номенклатуры младшим поколением из этой же «песочницы»), и расцвет «донецких» ( в рамках странным образом эволюционирующего совка прошел дарвиновский отбор, и наиболее приспособленными оказались лишенные любых идей, но очень желавшие выжить «простые пацаны» из шахтерских бараков)…

Попытка влить молодое вино в старые меха окончилась именно так, как должно быть согласно Писанию – вино прокисло, а меха пережили все и остались портить следующие урожаи.

В девяносто первом мы прое…(вырезано цензурой) свой исторический шанс на создание Украины, и тем самым еще на 13 лет загнали себя в медленно разлагающуюся УССР.

Второй шанс нам давал Майдан.

Что бы мне теперь не говорили, я убежден: в отличие от 91-го, в 2004-м народ уже «дозрел» до создания СВОЕЙ страны. Пусть мне не поверят те, кто видел Майдан по «ящику», или вместе с Пчеловодом  и Тимошенницей смотрел на нас сверху, с красивой сцены. Те же, кто был с нами в палаточном городке, кто блокировал Кабмин и Администрацию, кто шел штурмовать дворец Президента вечером второго дня Революции, - думаю, согласятся с моей оценкой.

То, что бурлило  тогда на улицах Киева,  уже не было ТОЛПОЙ. Это была НАЦИЯ, внутри которой фантастически быстро шли процессы САМООРГАНИЗАЦИИ. Переход от стихийного самоуправления Майдана к созданию РЕВОЛЮЦИОННОЙ ВЛАСТИ мог произойти в течение считанных дней и часов. Тогдашним «оранжевым» лидерам (на генетическом уровне плоть от плоти совковой системы, порожденным этой системой, и желавшим не ее демонтажа, а исключительно улучшения своего места в рамках этой системы) пришлось приложить немалые усилия, чтобы в зародыше задушить процесс самоорганизации, и загнать энергию революционного народа в ту же самую, ржавую но еще крепкую, ловушку «легитимности».

Второй шанс был прое…(вырезано цензурой) еще быстрее, чем первый.

Украинская ССР получила еще 6 лет жизни, а мы так и не получили шанс построить вместо нее Украину. Точнее, получили, подержали в руках несколько горячих  ноябрьских дней, и добровольно отдали в руки актеров, ломавших перед нами комедию на сцене, символически возвышавшейся над головами революционного народа.

И вот теперь януковичи в своей незамутненной детской простоте дают нам ТРЕТИЙ ШАНС.

С момента решения КС легитимность власти УССР прервалась. В стране больше нет ни конституции, ни легитимных властей. Есть только кучка узурпаторов и самозванцев.

НАМ ТЕПЕРЬ ПОЗВОЛЕНО ДЕЛАТЬ С НИМИ ВСЕ, НА ЧТО У НАС ХВАТИТ ФАНТАЗИИ.

Да, им тоже теперь позволено ВСЕ. В том числе и по отношению к НАМ. И у них пока что больше возможностей это реализовать.

Но это уже вопрос  технический. Вопрос ВОЛИ К ВЛАСТИ, ВОЛИ К ПОБЕДЕ, наконец, ВОЛИ К ЖИЗНИ. Надеюсь, у нас ее найдется побольше.

Главное состоялось. Нас освободили из плена «легитимности». Нам развязали руки. Теперь только от нас зависит, что мы этими руками свяжем – грустную петельку себе на шею, чтобы повеситься от тоски о несбывшихся надеждах и упущенных шансах, или лихую бандеровскую  удавку для режима, сдуру стоящего между НАМИ и НАШЕЙ БУДУЩЕЙ СТРАНОЙ.

Не так важно, КОГДА полыхнет наша следующая революция – уже через год «азаровщины», или под парламентские выборы 12 года, или под второй срок Янука в 15-м. Даже если правы пессимисты, и у режима впереди спокойное десятилетие – плевать. Потеряли за историю не одно столетие, уж как-то переживем еще десять потерянных лет.

Намного важнее, КАКОЙ будет эта следующая революция.

Если мы сможем использовать уникальный шанс, подаренный нам «донецкими», и наконец выйдем за рамки устаревшей парадигмы «легитимности УССР» - это оправдает все издержки.

Если в решающий момент мы окажемся наконец-то готовы создать СВОЮ Украину – с написанной нами самими новой Конституцией, с  НАШЕЙ историей и культурой, с властью, легитимность которой придает СВОБОДНЫЙ ВЫБОР РЕВОЛЮЦИОННОГО НАРОДА, а не правопреемственность от оккупационного режима, тогда история оправдает наши прошлые ошибки.

А за компанию помянет добрым словом «донецких»,  в силу бездарности и скудоумия выступивших ледоколом на нашем пути от УССР к Украине.

Гуд бай, Уэсэсэрия! Аве, Украина!



Гуд бай, Уесесерія? Аве, Україно?
kievljanin

Отож, сталося.

Януковичам вдалося те, на чому зламали собі зуби Рух, Кравчук та Майдан.

Легко і майже непомітно, одним рішенням Конституційного Суду (кумедного органу, який ніхто з нас ніколи не обирав) в Україні де-юре демонтовано систему права та влади Української РСР. Ця система успішно пережила розвал Совка, всі подальші історичні викрутаси, і міцно тримала нас у лещатах страшним та невблаганним словом «легітимність».

Для тих, хто «в танку»: стогони та плачі про повернення до кучмівської Конституції 1996-го не мають нічого спільного з дійсністю. В нас нема «Конституції – 96». Після рішення КС в нас тепер просто НЕМА КОНСТИТУЦІЇ.

Так само в нас тепер нема ЖОДНОГО ЛЕГІТИМНОГО ОРГАНУ ВЛАДИ. Після рішення КС вони ВСІ тепер самозванці, які де-факто утримують владу, оскільки мають можливість фізичного примусу. І утримують її РІВНО ДОТИ, доки мають названу можливість. А це вже – не стільки їхня проблема, скільки наша з вами.

Добре це чи погано? Як на мене, кращої новини ми не чули з часів ГКЧП.

 «Канкрєтні данєцкі пацани», самі не розуміючи, що творять, зняли з нас усіх давнє закляття. ЗАКЛЯТТЯ ШЕСТИДЕСЯТНИКІВ.

Уявляю, скільки гнилих помідорів полетить за це твердження в бік моєї кудлатої голови. Пояснюю: я далекий від того, щоб применшувати роль шестидесятників у нашій історії. Їхній героїзм – незаперечний. Ми вчились на їхньому прикладі, вчились безпосередньо у них. Якби не вони, моє покоління було б зовсім іншим, і навряд чи зробило хоча б те, що нам вдалося – «революцію на граніті», розвал СРСР та Майдан. Тим більше, я не маю жодного морального права судити помилки людей, яким дістався в житті набагато складніший шлях, аніж будь-кому з нас.

Але зараз ми говоримо не про людей, а про віддалені наслідки обраної  ними стратегії боротьби з режимом. Шестидесятники першими відмовились від революційної ідеології творення України «з нуля». Українська революція 1917-21, повстанський рух двадцятих, ОУН тридцятих та УПА сорокових - п’ятдесятих, при всіх своїх відмінностях, були єдині в одному: окупаційний режим має бути повалений та забутий, а на звільненому місці переможці мають творити свою державу. Таку, якою вони марили довгими роками боротьби.

Шестидесятники докорінно змінили парадигму визвольних змагань: гаслом дисидентського руху стало «змусити ЇХ (тобто режим)виконувати ЇХНЮ (тобто радянську)Конституцію». Замість визнання України окупованою територією і боротьби проти окупаційного режиму постала ідея наповнення УРСР реальним українським змістом. Дисиденти прийняли нав’язану режимом ФОРМУ, і спробували вимагати від режиму ВІДПОВІДНОСТІ ЗМІСТУ ЦІЙ ФОРМІ.

Режим виявився не готовим до такої постанови питання. Каральний апарат, добре налаштований на придушення повстань та підпілля, виявився не придатним до боротьби із дисидентами, які намагались розмовляти з режимом його ж юридичною мовою, і взагалі всіляко підкреслювали свою позицію законослухняних радянських громадян. Так, їх легко було пересаджати,бо вони не ховались. Однак кожний процес над ними ставав черговою моральною поразкою режиму, і додавав визвольному рухові прихильників.

Для епохи шістдесятих – восьмидесятих така стратегія боротьби виявилась єдиною можливою у тодішніх умовах, а отже – єдино правильною. Кінцевим підсумком дисидентського руху стала горбачовська «перебудова» та породжений нею масовий народний рух, ідеологами та моральними лідерами якого стали дисиденти – шестидесятники.

І от тоді спрацювала бомба уповільненої дії, закладена в самій основі дисидентського руху. Визнання «їхньої Конституції», дотримання якої позиціонувалось як мета руху, АВТОМАТИЧНО ЛЕГІТИМІЗУВАЛО РЕЖИМ. Визвольний рух, покликаний змести Совок і збудувати на його місці нову Україну, виявився від самого початку загнаним у жорсткі обмеження правової системи УРСР. Совєцька влада в Україні апріорі визнавалась не окупаційною, а «своєю», і метою руху ставало НЕ ЇЇ ЗНИЩЕННЯ, А «ПОКРАЩЕННЯ».

Починаючи з виборів 1989-го, основною стратегією та тактикою визвольного руху стало перебирання посад у межах існуючої системи влади.

 «Точку біфуркації» було остаточно пройдено у 91-му. ГКЧП давало унікальний шанс вискочити за межі парадигми «уесесерівської легітимності», і революційним шляхом демонтувати Совок, розчистивши шлях до Справжньої України.

Маю підстави вважати, що за рік – два потому українці вже були б готові до подібного розвитку подій. Наша «революція на граніті» у жовтні 90-го вже була першою спробою вийти за межі «прокляття шестидесятників». Так, у своїх вимогах ми ще в повній мірі дотримувались нав’язаних нам правил гри – висували цілком обґрунтовані з позицій радянського права вимоги до існуючої влади. Навіть метод «переконання» влади - публічне голодування, - був відверто «змавпований» з дисидентських протестів у таборах. Однак дух повстання вже п’янив голови учасників багатотисячних виступів, над студентськими наметами лунали пісні УПА, а такі методи, як страйк та захоплення університетських корпусів, абсолютно випадали із «легітимістської» парадигми шестидесятників.

Якщо наше голодування посіло своє місце у шкільних підручниках (зараз Табачник швиденько виправляє цей «недогляд», але ми тут говоримо про інше) , то ще одна акція того ж періоду невиправдано замовчується.

У дев’яносто першому році Україною прокотилася ініційована Анатолієм Лупиносом (ледь не єдиним з покоління шестидесятників, хто ніколи не визнавав себе «дисидентом», а позиціонував як «революціонера – націоналіста») акція «реєстрації громадян УНР». Ця акція принципово виламувалася з «легітимістської» парадигми. Будь-хто, хто все життя прожив законослухняним «совком», міг підійти до реєстраційного столу, заповнити простеньку анкету, та отримати посвідку, надруковану на хріновому папері в дешевий офсетний спосіб. Зміст посвідки був простий, як двері: «Я, такий-то такий-то, є громадянином незаконно окупованої радянськими військами Української Народної Республіки». І все. І – жодних компромісів з режимом. Є лише МИ, громадяни неіснуючої з 1920 року республіки, і ВОНИ - тимчасова окупаційна адміністрація.

На мою думку, ця акція сильно недооцінена істориками. За планом організаторів, після реєстрації першого мільйона «громадян УНР» мало початись формування органів влади УНР – паралельних структур, жодним чином не пов’язаних з існуючою «легітимною» владою УРСР, і готових у критичний момент цю владу перебрати на себе. Нажаль, не встигли. Але лавина покотилася – за перші місяці акції було зареєстровано шістсот тисяч «громадян УНР», і не було жодних ознак зменшення напливу бажаючих. Тобто щонайменше стільки людей вже ментально визволились із совкового полону, а будь-які революції відбуваються спершу у головах, і лише потім на майданах.

Навіть не берусь судити, яким був би розвиток акції, але ГКЧП «вистрелило» трохи зарано; нам не вистачило року чи двох, щоб зіскочити з голки «уесесерівської легітимності», і дозріти до побудови власної держави «з нуля». Серпневі путчісти дали нам унікальний шанс здійснити революцію, виконати своє «до основанья, а затєм», і з чистої сторінки почати розбудову України. Але ми виявились морально не готовими до такого повороту, і навіть весь наш опір в дні путчу звівся до «захисту конституційного ладу від заколотників». Захисту РАДЯНСЬКОГО КОНСТИТУЦІЙНОГО ЛАДУ. Ми готові були вмерти на НАШИХ барикадах за ЇХНЮ конституцію та ЇХНЮ «легітимність».

Після цього все подальше було визначено наперед – і обрання Кравчука замість Чорновола (логічно, що в межах совкової системи член ЦК компартії завжди матиме фору перед невдахою – дисидентом), і десятиліття заводського парторга Кучми (зміна старшого покоління совкової номенклатури молодшим поколінням звідти ж), і розквіт «данєцкіх» (в межах дивним чином еволюціонуючого совка відбувся дарвінівський відбір, і найбільш пристосованими виявились не обтяжені ідеями, зате дуже мотивовані вижити, «прастиє пацани» з шахтарських бараків)…

Спроба влити молоде вино у старі міхи завершилась так, як і має бути згідно Писання – вино скисло, а міхи пережили все і продовжили псувати наступні врожаї.

У дев’яносто першому ми прої…(вирізано цензурою) свій історичний шанс на творення України, і тим самим ще на 13 років загнали себе в конаючу УРСР.

Другий шанс нам давав Майдан.

І щоб мені тепер не казали, я переконаний: на відміну від 91-го, тоді народ вже дозрів. Хай мені не повірить той, хто бачив Майдан по «ящику», або ж разом з Ющем та Юлею дивився на нас зверху, з красивої сцени. Ті ж, хто були разом з нами внизу, у наметовому таборі, хто блокував тоді Кабмін та АП, ті, хто йшов брати штурмом АП у вечір другого дня, - гадаю, погодяться з моєю оцінкою.

Те, що вирувало тоді на вулицях Києва, вже не було НАТОВПОМ. Це була НАЦІЯ, в середині якої відбувались фантастично швидкі процеси САМООРГАНІЗАЦІЇ. Перехід від стихійного самоврядування Майдану до творення РЕВОЛЮЦІЙНИХ  ОРГАНІВ  ВЛАДИ міг відбутись впродовж лічених днів, якщо не годин. І тодішнім «помаранчевим» лідерам (на генетичному рівні спорідненим із совковою системою, від початку і до кінця породженим цією системою, і зацікавленим не в її демонтажі, а лише у зміні своєї особистої ролі в межах системи) довелося докласти чималих зусиль, щоб зупинити в зародку цей процес, і загнати енергію народної революції  у ту саму іржаву пастку «легітимності».

Другий шанс було прої…(вирізано цензурою) ще швидше, аніж перший.

Українська РСР отримала ще 6 років життя, а ми так і не отримали шансу побудувати замість неї Україну. Точніше, отримали, потримали цей шанс в руках декілька гарячих листопадових днів, і добровільно передали в руки акторів, які на сцені корчили перед нами фарс.

І от тепер януковичі у своїй незайманій дитячій простоті дарують нам ТРЕТІЙ ШАНС.

З моменту рішення КС легітимність влади УРСР перервано. В країні більше нема ні конституції,  ні легітимної влади. Лише купка узурпаторів та самозванців.

НАМ ТЕПЕР ДОЗВОЛЕНО РОБИТИ З НИМИ ВСЕ, НА ЩО У НАС ВИСТАЧИТЬ ФАНТАЗІЇ.

Так, і їм також тепер дозволено ВСЕ. Стосовно НАС. І в них поки що більше можливостей це реалізувати.

Але це вже – питання техніки. Питання ВОЛІ ДО ВЛАДИ, ВОЛІ ДО БОРОТЬБИ, зрештою, ВОЛІ ДО ЖИТТЯ. Сподіваюсь, у нас її більше.

Головне вже сталось. Нас звільнили з полону «легітимності». Нам розв’язали руки. Лише від нас залежить, що ми цими руками зробимо – інтелігентський зашморг для себе, щоб повіситись з розпачу за втраченими можливостями, чи бандерівську удавку для режиму, який стоїть на дорозі між НАМИ та НАШОЮ ОМРІЯНОЮ УКРАЇНОЮ.

Не так важливо, КОЛИ САМЕ вибухне наша чергова революція – вже через рік «азаровщини», чи на парламентські вибори 2012, чи на другий термін Янука у 2015. Навіть якщо мають рацію песимісти, і режим має попереду спокійне десятиліття – ну то й фіг з ним. Втратили вже не одне століття, загубимо ще десять років.

Набагато важливіше, ЯКОЮ буде ця наступна революція.

Якщо ми зможемо скористатись унікальним шансом, подарованим нам «данєцкімі», і нарешті вийдемо за межі застарілої парадигми «легітимності УРСР» - тоді це виправдає всі попередні «іздєржкі».

Якщо у вирішальний момент ми виявимось готові заснувати СВОЮ Україну – з написаною нами самими новою Конституцією, з НАШОЮ культурою та історією, з владою, легітимність якій надає ВІЛЬНИЙ ВИБІР РЕВОЛЮЦІЙНОГО НАРОДУ, а не спадковість від окупаційного режиму, тоді історія виправдає нас за всі попередні помилки.

А за компанію навіть скаже пару теплих слів про «данєцкіх», які в силу нездарності та «малоумія» виступили тим криголамом, що розчистив нам дорогу від УРСР до України.

Гуд бай, Уесесерія! Аве, Україно!